Страны и города Европы

Информация о стране

Великобританиия

Города Великобритании

В этом разделе: города и туристические районы Великобритании - фотографии, краткая история и наиболее значимые места, которые стоит посетить, также советы по шопингу и прочие полезные вещи

Что посмотреть:

В других странах:

Килух и Ольвен

Килид, сын принца Келидона, решил жениться по любви, и жену, которую он выбрал, звали Голейдид, дочь принца Анлауда. Когда они поженились, их подданные начали молиться о рождении наследника. Вскоре у супругов благодаря людским молитвам родился сын, которого они назвали Килух.

После этого мать мальчика, Голейдид, дочь принца Анлауда, заболела. Она позвала к себе мужа и сказала:

— Я уже не поправлюсь, и ты приведешь себе другую жену. Конечно, жена — это дар Божий, но будет плохо, если твоя новая женитьба повредит сыну. Поэтому обещай мне, что не женишься до тех пор, пока на моей могиле не вырастет куст шиповника с двумя цветками.

И он дал ей такое обещание. Потом она попросила ухаживать за ее могилой каждый год, чтобы она не зарастала сорняками. Королева умерла, и каждое утро король посылал слугу к могиле узнать, не появились ли на ней какие-нибудь ростки. К концу седьмого года обещания, данные королеве, забылись.

Однажды король отправился на охоту и решил побывать на могиле, чтобы посмотреть, не пора ли ему жениться. И король увидел шиповник. И когда он увидел это, он собрал совет, чтобы узнать, где ему искать жену. Один из советников сказал:

— Знаю я одну женщину, которая тебе во всем подойдет. Это жена короля Догеда.

И они решили заполучить эту королеву. Они убили короля, забрали его жену и завоевали все его земли. После этого Килид женился на вдове короля Догеда, сестре Испададена Пенкаура.

Однажды мачеха сказала Килуху:

— Хорошо бы тебе завести жену.

— Я еще не в том возрасте, чтобы жениться, — ответил юноша. Тогда она заявила ему:

— Тебе уготовано судьбой не иметь другой жены, кроме Ольвен, дочери Испададена Пенкаура.

Юноша покраснел, и любовь к девушке охватила все его тело, хотя он никогда ее не видел. Его отец спросил:
— Что с тобой и что тебя мучает?

— Моя мачеха сказала мне, что я не женюсь до тех пор, пока не получу Ольвен, дочь Испададена Пенкаура.

— Это нетрудно, — ответил его отец, — ведь Артур твой кузен. Поезжай к нему, пройди воинский постриг и проси, чтобы он исполнил это твое желание.

И юноша отправился в путь на скакуне с пятнистой головой, четырех зим от роду, с сильными ногами, красивыми копытами, с уздечкой на голове в виде золотой цепочки и с дорогим позолоченным седлом на спине. В руках у юноши были два серебряных копья — острых, с наконечниками из закаленной стали, три эля длиной *, причем эти копья входили в тело по спирали, заставляя рану кровоточить так неудержимо, как не стекает роса с тростниковых листьев в июне, когда она обильней всего. На бедре у него был меч с позолоченной рукоятью, лезвие тоже было украшено позолотой в форме креста, напоминавшего небесную молнию. Боевой рог у него был сделан из слоновой кости. Перед ним бежали две серые пятнистые охотничьи собаки в украшенных рубинами ошейниках шириной от лопаток до самых ушей. Та, что бежала справа, была привязана с левой стороны, а та, что бежала слева, была привязана наперехлест с правой стороны; и обе собаки, как две крачки, резвились около него.
Четыре копыта его скакуна каждый раз выбивали четыре комка земли, которые, как ласточки, взлетали то выше, то ниже головы всадника. На юноше был накинут пурпурный плащ, в каждом углу которого было золотое яблоко ценой в сто коров. На его сапогах от колена до кончиков пальцев и на его шпорах было столько золота, сколько стоят триста коров. При этом бег его скакуна был так стремителен, что ни одна травинка не успевала согнуться под ним, когда он скакал к воротам Артурова замка.

У ворот юноша произнес:

— Есть ли здесь привратник?

— Есть, — раздался ответ, — но если ты не с миром пришел, то теплого приема не жди. Я служу привратником Артура каждый год первого января.

— Открывай ворота!

— Нет, не открою!

— Почему?

— Потому, что нож уже воткнут в мясо, в рог налито вино и в зале все давно пируют. И никто в это время не может войти в замок, кроме разве что сына короля какой-нибудь большой страны или мастера, принесшего свое творение. Однако твои собаки и конь не останутся без еды, а для тебя будет вареное мясо с перцем, да сладкое вино, да веселые песни, и принесут тебе еду на пятьдесят человек в палаты для гостей, где едят сыны других стран, которым не позволено быть при дворе короля Артура. Дама взобьет тебе постель и усладит твой слух пением. А завтра рано утром, когда откроются ворота замка для толпы, которая собралась сегодня, тебя пропустят первым, и ты сможешь занять любое место, какое захочешь, за столом, где пирует Артур, от верхнего края стола до нижнего.

На это юноша ответил:

— Это мне не подходит. Будет лучше, если ты откроешь ворота. Если же ты не впустишь меня, то опозоришь своего господина и накличешь беду на себя. Трижды мои люди прокричат у этих ворот так страшно, как никто еще не кричал.

— Можешь шуметь сколько хочешь, — ответил привратник Глевлвид, — но, раз это нарушает закон Артура, тебя никто не впустит до тех пор, пока я не переговорю с Артуром.

После этих слов Глевлвид отправился в зал. И Артур спросил у него:

— Что нового у ворот?

— Я прожил пол-жизни, — сказал Глевлвид, — и ты прожил столько же. Я был до этого в Каэр-Се и Ассе, в Сахе и Салахе. В Лоторе и Фоторе, и я был в Большой и Малой Индии, я был в Европе и Африке, а также на островах Корсики, и я был рядом с тобой, когда ты завоевывал Грецию на востоке. Девять верховных правителей, доблестных мужей, мы видели здесь, но никто из них не вел себя с таким достоинством, как тот, кто стоит сейчас у ворот.

Сказал тогда Артур:

— Не пристало держать на ветру да под дождем такого достойного человека, как ты говоришь.

Кай добавил:

— Даю руку на отсечение, если ты последуешь моему совету, то не нарушишь из-за этого человека законов королевского двора.

— Не то ты говоришь, благословенный Кай, — продолжил Артур. — Для нас честь принять того, кто к нам обращается, и чем радушнее мы будем, тем больше нас будут уважать, восхвалять и славить.

После этих слов Глевлвид отправился к воротам и открыл их перед Килухом, и хотя перед воротами полагалось спешиться, тот не спешился, а въехал, как был, на своем скакуне. А потом сказал:

— Приветствую тебя, единодержавный правитель этого острова. Равно приветствую и тех, кто ниже всех, и тех, кто выше всех, равно приветствую я и гостей, и воинов, и вождей твоих. И каждого я приветствую не меньше, чем тебя самого. Пусть же доброта твоя, слава твоя и величие твое будут непревзойденными на всем этом острове.

— И тебе привет, — ответил Артур, — садись между двух моих воинов, и пусть тебя развлекает менестрель, и пока ты будешь с нами, тебе будут возданы почести, как королю, рожденному быть на троне. А когда я стану одаривать всех присутствующих в моем дворце, ты получишь подарок первым.

На это юноша отвечал:

— Я пришел не для того, чтобы есть и пить, а для того, чтобы ты исполнил мою просьбу. И если ты исполнишь ее, то благодарности моей не будет конца, и я буду восхвалять тебя повсюду. А если ты не исполнишь ее, то я разнесу хулу о тебе по всему свету, по всем местам, куда дошла весть о тебе.

Страниц: 1 2 3 4 5


Страниц: 1 2 3 4 5