Страны и города Европы

Информация о стране

Великобританиия

Города Великобритании

В этом разделе: города и туристические районы Великобритании - фотографии, краткая история и наиболее значимые места, которые стоит посетить, также советы по шопингу и прочие полезные вещи

Что посмотреть:

В других странах:

Герайнт, сын Эрбина

Артур часто держал свой двор в Каэрлеоне на Уске, где проводил семь дней на Пасху и пять на Рождество. Там же он встречал Троицу, поскольку до Каэрлеона было легко было добраться из любого его владения и по суше и по морю. Там собирались девять королей, плативших ему дань, с графами и баронами, которые всегда были зваными гостями на всех праздниках, если ничто не мешало им принять участие в пире. Когда он бывал со своим двором в Каэрлеоне, то праздничная служба велась в тринадцати церквях. И вот каково было их предназначение: одна церковь — для Артура с девятью королями и прочих званых гостей; другая церковь — для Гиневры и ее дам; третья — для дворецкого с челядью; четвертая — для франков и прочих воевод; девять оставшихся — для девяти вождей, первый среди которых, Гавейн, известный своей воинской славой и высоким происхождением, получал наибольшие почести. Никаких других порядков, кроме упомянутых нами, в отношении церквей не устанавливалось.

И вот во вторник после Духова дня в дворцовый зал, где пировал король, вошел высокий привлекательный юноша в парчовых одеждах и невысоких кожаных башмаках. Он встал перед Артуром и сказал:

— Приветствую тебя, господин.

— Да пребудут небеса с тобою,— ответил ему Артур, — добро пожаловать! Какие вести ты мне принес?

— Узнаёшь ли ты меня, господин? — спросил юноша.

— Нет, не узнаю, — ответил Артур.

— Я твой лесник из Дин-Форест, и имя мое Мадок, сын Тургадарна. Я встретил в лесу оленя, подобного которому никогда не видел.

— Что же в нем такого, — спросил Артур, — чего нет у других оленей?

— Он весь белый, господин, и выделяется среди своих сородичей гордым, царственным видом. Поэтому я пришел, чтобы услышать от тебя твой совет и твою волю, как поступить с этим оленем?

— Лучше всего, — сказал Артур, — отправиться завтра в лес и поохотиться на него, и пусть до вечера оповестят об этом всех во дворце.

И Арриферис, старший королевский егерь, и Ареливри, его главный помощник, и все другие были оповещены и стали готовиться к охоте. Тогда Гиневра сказала Артуру:

— О господин, позволь мне завтра поехать с тобой на охоту и взглянуть на оленя, о котором говорил этот юноша.

— Что ж, — сказал Артур, — я с радостью возьму тебя с собой. Тут заговорил Гавейн:

— Государь, если ты не против, позволь завтра тому, кто сразит оленя, будь то рыцарь или пеший воин, отсечь его голову и поднести ее в дар своей даме сердца или даме своего друга.

— И это я с радостью дозволяю, — сказал Артур, — и пусть дворецкий знает, что его ждет наказание, если не все будет готово к завтрашней охоте.

И они провели вечер, весело пируя, слушая песни и предаваясь беседе, а когда пришло время, отправились спать. Наутро все встали, и Артур призвал к себе четырех пажей, охранявших его опочивальню, и это были Кадирнерт, сын Гандви, и Амбрю, сын Бедвора, и Амхар, сын Артура, и Гореу, сын Кустеннина. И они вошли, приветствовали Артура и помогли ему одеться. И Артур удивился, что Гиневра еще не поднялась с постели. Слуги хотели разбудить ее, но Артур сказал:

— Не тревожьте ее, пусть спит, если предпочитает сон охоте. Артур вышел и услышал два сигнала рога — один донесся с того
места, где жил старший егерь, а второй — оттуда, где жил его главный помощник. После чего все охотники подъехали к Артуру, а затем направились к лесу.

Артур уже покинул двор, когда Гиневра проснулась и позвала служанок, чтобы одеться. Она сказала им:

— Девушки, вчера я собиралась поехать на охоту. Пусть же одна из вас пойдет на конюшню и выберет лошадей, подходящих для дам.

Служанка пошла на конюшню, но нашла там лишь двух коней. Тогда Гиневра со служанкой сели на этих коней и поехали через Уск по дороге, на которой были видны свежие следы всадников и пеших. Так они ехали, пока не услышали громкий шум. Оглянувшись, они увидели скачущего за ними всадника на могучем коне. Это был белокурый голоногий юноша благородного вида; на боку его висел меч с золотой рукоятью, а одет он был в парчовые одежды; на нем был также шарф небесного цвета с золотыми яблоками на концах; обут же он был в туфли из лучшей кожи. Конь его несся быстро, но легко, горделиво вскинув голову. Он приблизился к Гиневре и приветствовал ее.

— Храни тебя Бог, Герайнт, — сказала она. — Почему ты не поехал на охоту со своим господином?

— Потому что не знал, когда он поедет, — ответил тот.

— Я тоже удивляюсь, — сказала она, — почему он уехал, не сказав мне ничего. О юноша, поистине, ты спутник, приятнее которого нет для меня во всем королевстве. Да и охота меня позабавит не меньше, чем их, — ведь мы отсюда услышим и звуки рога, и лай собак.

Они доехали до опушки леса и там остановились.

— Отсюда будет слышно, — сказала она, — когда собак пустят по следу.

И тут до них донесся стук копыт, они взглянули туда, откуда он раздавался, и увидели карлика на норовистом коне, раздувающем ноздри; в руке карлика был хлыст. Следом за карликом ехала дама на прекрасном белом коне, скакавшем ровно и грациозно. На даме было платье из золотой парчи. Рядом с ней на могучем коне ехал рыцарь, причем и всадник, и его конь были закованы в сверкающие тяжелые латы — и рыцарь, и конь, и латы — все было огромных размеров.

— Герайнт, — спросила Гиневра, — знаешь ли ты этого высокого рыцаря?

— Он мне незнаком, госпожа, — ответил Герайнт, — а его заморские доспехи мешают мне разглядеть его лицо.

— Иди, девушка, — велела Гиневра служанке, — и спроси у карлика, кто этот рыцарь.

И служанка подъехала к карлику и спросила его о рыцаре.

— Я не скажу тебе этого, — отвечал он.

— Раз уж ты столь неучтив, то я спрошу его сама.

— Клянусь, ты не сделаешь этого, — сказал карлик.

— Почему же? — удивилась она.

— Потому, что ты недостойна разговора с моим господином.

И когда служанка направила к рыцарю своего коня, карлик ударил ее хлыстом, бывшим у него в руке, по лицу и глазам, да так, что хлынула кровь. И служанка вернулась к Гиневре, жалуясь ей на полученное оскорбление.

— Поистине, — сказал Герайнт, — очень грубо обошелся с тобой этот карлик.

И рука его потянулась к мечу. Однако, подумав, он решил, что не добудет себе славы, убив карлика, а сражаться потом налегке с закованным в латы рыцарем было бы и вовсе глупо, и он сдержал свой порыв.

— Госпожа, — сказал Герайнт, — — если ты позволишь, я последую за этим рыцарем докуда-нибудь, где можно будет купить или получить под залог доспехи, и сражусь с ним.

— Поезжай, — ответила королева, — но не вступай с ним в бой до тех пор, пока не достанешь хороших доспехов. Я же буду волноваться, пока не услышу от тебя вестей.

— Если останусь в живых, то дам о себе знать не позднее завтрашнего вечера, — сказал он и удалился.

Страниц: 1 2 3 4 5 6


Страниц: 1 2 3 4 5 6